Художница из Екатеринбурга уехала рисовать в Польшу. «Там легче выразить себя»

null
Фото: Размик Закарян

Екатеринбурженка Инна Власова получила образование бакалавра в родном городе и мечтала о магистратуре в Швеции. Но все сложилось иначе, и Инна оказалась в польской Академии искусств. Там она изучала печатную графику. В этом году Инна защитила диплом, посвященный сказам Бажова, и осталась жить в Польше. Сейчас художница приехала в Екатеринбург, чтобы поделиться своими работами с аудиторией в творческом пространстве «Гутенберг».

— Почему для дальнейшего обучения ты выбрала именно Польшу? Не любую другую европейскую страну? Когда вообще появилась мысль уехать из России?

— Я люблю иностранные языки, и первый мой язык, не считая английского, был шведский. Я начала его изучать, потом съездила два раза в Швецию. Именно там впервые попробовала печатать графику, что мне очень понравилось. И вообще мечта была уехать на обучение в магистратуре именно в Швеции. Но, к сожалению, не получила стипендию. Жизнь в Швеции намного дороже, чем жизнь в любой другой европейской стране. Поэтому я быстро начала изучать еще какие-то варианты и нашла программу в Польше и, собственно, туда и уехала. То есть это было немного случайно, но в итоге я очень довольна, что попала именно туда. Почему еще Польша: в 2016 году я познакомилась с несколькими польскими ребятами, услышала их язык и поняла, что он очень похож, и мне было интересно начать его изучать. Несколько раз я делала попытки изучать его в нашем екатеринбургском клубе, но то у меня не было времени, то я куда-то уезжала. В общем, польский язык у меня оставался на зачаточном знании. Когда я приехала туда, уже учитывая, что он похож на русский, то смогла его изучить в более конкретном ключе.

Фото: Размик Закарян

— Какие у тебя впечатления от этой страны?

— Я остаюсь там жить, потому что мне там понравилось. И, мне кажется, там легче выразить себя как художника. По крайней мере, для меня это стало более легкой задачей. Не могу сказать, чем там лучше или хуже, чем у нас, допустим. Но в данный момент времени просто чувствуешь, что стоит остаться там, попробовать что-то новое, найти новых людей, какие-то идеи, и уже потом из этого, может быть, получится что-то новое. На самом деле, я ехала со скепсисом в некотором роде, потому что у меня были надежды и мечты немного о другом, но в итоге я получила куда больше, чем вообще планировала и даже надеялась.

Фото: Размик Закарян

— Как поступить в магистратуру в Польше?

— Если в Швеции есть один портал, который ведет подачи во все университеты, то в Польше опыт был немного другой. Я нашла через интернет информацию, что у них есть подобная программа, перешла уже непосредственно на сайт самой Академии, где все шаги были прописаны. И, оказалось, ничего сложного. Единственное, моя программа была не на польском, а на английском языке, и, в принципе, обучение во многих странах Европы идет уже на английском языке, поэтому первый шаг — это, конечно, сертификат о знании английского языка. А так, учитывая, что до этого у меня уже было художественное образование и портфолио, я подала всю эту информацию, диплом своего предыдущего образования бакалавра и ждала результаты.

— А как называлось направление, на котором ты училась?

— По-английски оно называлось printmaking. По-русски это значит печатная графика.

Фото: Размик Закарян

— Предполагается ли стипендия на обучение в Академии, покрывающая все расходы?

— Раз программа была экспериментальная, она была полностью бесплатной. И часть материалов нам тоже предоставляли. Получается, я платила только за свои living expenses: жилье, еду, все передвижения. Во время обучения предоставляются стипендии, но все зависит от категории граждан, которые могут это получать. Иностранные студенты могут получать стипендию во время обучения, но только в том случае, если у них есть так называемая «Карта поляка», то есть если они имеют польские корни.

— Какие у тебя общие впечатления от образования в Польше?

— Здесь отличия колоссальные. Я не знаю насчет школ, технических и гуманитарных университетов, но в художественной стезе в польском вузе дают больше свободы действия, что немного было удивительно для нас, выходцев из российских и белорусских вузов. Было очень много свободы. И порой даже было непонятно, как эту свободу использовать. Были вопросы: «А что, действительно, делать?». Ответ был: «Делайте то, что вы хотите, так, как вы чувствуете». Это было немного непривычно, странно. Но и я бы сказала, что это помогает в становлении творчества, становлении художника, когда ты не делаешь, как тебе говорит учитель по предписанию, а уже пытаешься найти сам себя и свой язык.

Фото: Размик Закарян

— Европейский опыт печатной графики — он отличается от российского? У нас это слабо распространено, насколько я знаю.

— У нас есть в Нижнем Тагиле отделение, тоже связанное с печатной графикой. В нашем городе, насколько я знаю, как таковых отделений печатной графики нет. Например, я училась в художественном училище, и у нас был один или вообще даже не было станков, на которых все это можно было делать. Оно не то, чтобы не развито — скорее всего, это довольно деньгозатратный ресурс, в плане, что нужно иметь очень много каких-то вещей: например, станки для печати, специальную бумагу, которую, как я поняла, в Екатеринбурге не так просто купить, краски. А по поводу того, лучше или более развито оно в Европе, я не скажу — оно просто совершенно другое. Возможно, от менталитета, возможно, от истории зависит, но работы, которые делаются в России — их сразу можно распознать как русские, а те, которые делаются в Польше, как польские. Когда ты уже насмотрен, опытным взглядом ты уже можешь понять, кто что нарисовал. Это как в печатной графике, так и в иллюстрации.

— А в Академии вам предоставляли все оборудование и материалы?

— На самом деле, не все материалы, и все еще зависело от типа программы. Я училась на пробной экспериментальной программе для иностранных студентов на английском языке. У польских студентов вся система была немного по-другому устроена. Но, по сути, да, у нас было 7 студий принтмейкинга или печатной графики, которые специализировались на разных техниках.

Фото: Размик Закарян

— Почему в качестве дипломного проекта ты выбрала именно тематику сказов Бажова? Ты давно вынашивала эту идею или это внезапная идея? Ты хотела, чтобы этот проект первой увидела именно европейская аудитория, для которой тема сказов Бажова малоизвестна и аутентична? Ты представишь этот проект теперь и российской аудитории?

— В первую очередь, мне было интересно самой сделать этот проект, потому что лет 10 я уже думала, что надо сесть и нарисовать что-то такое, что отражало бы и меня как художника, и мое отношение к Уралу, к родному городу. Поэтому идея именно уральских сказов вынашивалась очень давно, но я всегда была не уверена, как именно это можно сделать. Имея возможности и свободу самовыражения во время своего обучения, я и пришла к этой теме, и я увидела, точнее, я даже поняла, что не так много людей, даже русскоговорящих, знает про Бажова и про наши сказы, поэтому было даже каким-то вызовом для меня сделать это интересным для окружающих, чтобы они не только спросили и узнали ответ, но и, может быть, нашли что-то сами.

— Получается, твое обучение в магистратуре выпало на то время, когда был карантин. Сложно ли было находиться в заточении в комнате в другой стране, без возможности заниматься в Академии? Качество обучения не пострадало? Возможно ли получение польского высшего образования дистанционно?

— Сложно не было. Было, скорее, грустно, потому что первый семестр мы полностью отучились офлайн: ходили в студии, встречались с людьми, какие-то мероприятия, вечеринки. А потом начался второй семестр. Все ничего, но вот эти слушки о том, что в Китае происходит что-то непонятное, были, и в какой-то момент нас закрыли со словами «ну, на 2 недели остаемся дома, потом возвращаемся, берите какие-то материалы, вернетесь через 2 недели». Но 2 недели у нас растянулись на весь семестр, и мы закончили второй семестр уже онлайн. На самом деле, может быть. это было не так страшно для тех, кто работал в графических программах. Но для тех, кто туда приехал изучать принтмейкинг, не имея никаких станков и материалов дома, было очень проблематично. Но, в итоге, с этим все справились, сделали работы, закрыли год. Второй год обещал быть лучше, но он и был лучше чуть-чуть, но, опять же, то нас закрывали, то нас открывали. И обучение, которое планировалось на два года, во многом пошло в один год. Я знаю, что в том году было второе поступление ребят, которые начинали заниматься онлайн, но потом они приехали, и у них был доступ до изостудий и каких-то рабочих процессов.

Фото: Размик Закарян

— После выпуска из магистратуры предполагается трудоустройство? Сейчас ты сотрудничаешь с польским издательством Debit. Ты своими силами добилась этой работы или благодаря Академии?

— В трудоустройстве они, к сожалению, не помогают, но пока ты участвуешь в выставках, в каких-то конкурсах, тебя замечают. Также во многом зависит от отношений с преподавателями, которые могут или посоветовать тебе, или куда-то направить. Но полноценного трудоустройства, что ты заканчиваешь какое-то направление, и тебя сразу же устраивают на работу, к сожалению, там такого нет.

— Как осуществляется работа в польском издательстве? К чему ты делаешь иллюстрации?

— Все началось год назад, когда я отправила на конкурс несколько своих иллюстраций для проекта Rebel girls, я не уверена, как это по-русски, потому что я не видела эту книгу, по-польски это будет «История бунтовничек». Это о великих знаменитых женщинах, про их историю рассказывается для детей. То есть в одной книге 100 великих женщин и простой рассказ о том, как они стали великими. Каждая иллюстрация сделана разными иллюстраторами. Я отправила на конкурс свои работы, издательство выбрало их, отметило и, собственно, в таком ключе мы стали взаимодействовать. То есть это не работа полноценная full-time на издательстве, а именно какой-то фриланс.

Фото: Размик Закарян

— Расскажи о своих планах на будущее. Сейчас ты проживаешь в Польше. Планируешь оставаться в этой стране или есть желание сотрудничать с другими европейскими издательствами?

— На самом деле, работа с издательством, даже если есть какой-то опыт — это не всегда гарант того, что у тебя будет много заказов, учитывая, что работа иллюстратором довольно популярная сейчас. Конечно, было бы интересно повзаимодействовать с другими издательствами, не только в Польше, но это уже путь художника: когда ты делаешь себя и кто-то действительно хочет с тобой взаимодействовать. Поэтому я не могу сказать, что навсегда хочу остаться в Польше. Я хочу в первую очередь развиваться как художник, и куда жизнь меня приведет — это уже другой вопрос. Я очень люблю наш город, поэтому не откидываю идею о возврате, но в данном случае, пока я вижу возможности именно для карьеры за границей, то буду пытаться там реализоваться. А если карьера повернется ко мне в России лицом, то я с удовольствием приеду.

Подписывайтесь на наши соцсети, чтобы узнавать еще больше интересных новостей: Instagram, «ВКонтакте», Facebook, Telegram, Яндекс.Дзен.