Парень с Химмаша стал зарабатывать миллионы на столичных звездах за МКАДом: «Это не для „чёса“»

null
Фото: Наталья Чернохатова

Парень с Химмаша, который в свое время решил возить антрепризу со звездами московских театров, сегодня один из, а, возможно, единственный театральный продюсер из региона. Теперь он сам выбирает, с какими звездами работать и над каким спектаклем. Все постановки он репетирует в Екатеринбурге, потому как тут и договориться проще, а к переезду в столицу относится нервно. Кирилл Заякин, глава прокатного агенства «Премиум» и театрального «Антракт» — в интервью на «Моментах» о самом дорогом в его бизнесе.

— Все, чего я достиг на сегодняшний день, череда счастливых совпадений. С Чулпан я познакомился, когда мы делали гастроли театра «Современник» в Новосибирске. В процессе общения возникла идея творческого вечера в Екатеринбурге. В тот первый раз она вышла на сцену ещё не зная, что нужно ей самой и зрителю, и просто отвечала на вопросы. Сейчас такие встречи проходят как хорошо спланированный спектакль с чётким сценарием, сценографией и видеорядом.

После того первого опыта Хаматова пригласила меня в новый проект, где она под музыку читает прозу Марины Цветаевой. Мы его переназвали, докрутили и сейчас «Уроки музыки» успешно гастролируют.

— Как так получилось, что именно ты не только стал концертным директором нескольких театральных работ одной из главных актрис современности, но еще и первый повез этот репертуар за границу?

 — Топового артиста получить продюсеру практически невозможно. Это все дело случая. Мне повезло. В какой-то момент мне показалось, что потолок достигнут — мы привезли в Екатеринбург лучшее, что было в театральной жизни страны — театр Вахтангова со спектаклем «Евгений Онегин». Но параллельно возникла история с Чулпан, для меня это стало вызовом и новым опытом.

Одна из первых встреч с Чулпан Хаматовой в клубе «Антракт»
Фото: Александр Мамаев

 — Ну, никто из московских прокатчиков не повез в США, а ты сделал это…

— Наши артисты очень любят ездить за границу, и делают это даже за меньшие гонорары. Там, кстати, считают каждую копейку и лишнего не заплатят. Зарубежные гастроли могут быть инициированы нами, а могут — той стороной. Как-то нам позвонила дама из Америки, которая в прошлом работал в правительстве и десять лет назад уехала из России. Она предложила организовать небольшой тур. Мы побывали в таких городах, где, мне кажется, нога российского артиста не ступала. Кстати, Чулпан всегда отмечает, что для нее нет принципиальной разницы Америка это или Барнаул.

— Дальше в твоем продюсерском опыте появилась Лия Ахеджакова со спектаклем «Мой внук Вениамин»?

— Была пьеса, специально написанная Улицкой под Лию Меджидовну, она просто дождалась своего часа, когда появилась команда, способная её реализовать и на это нашлось время. Все приехали на две недели в Екатеринбург летом и начали репетиции. С залом договорились, представь себе — ДК «ВИЗ», тридцатиградусная жара и плакат, который сильно восхищал Лию: «Искусство должно принадлежать народу», всё казалось знаками судьбы. Так потом и получилось — успех с первого спектакля.

— Твоя функция какая в работе со звездами театра? Ты лишь вкладываешь деньги на старте постановки?

— В случае с «Вениамином» Ахеджаковой, да. Во «Вражде», свежем моем проекте, был уже полный цикл продюсерской работы. Начнем с того, что все мои театральные поиски начинались всегда с Лены Яковлевой. Потому что я считаю, что в России есть, не обижая никого, четыре великих актрисы: Елена Яковлева, Марина Неёлова, Мария Аронова, Чулпан Хаматова.

Так вот чистым продюсированием я начал заниматься, когда к нам в руки попала прекрасная пьеса Анны Чайки «Вражда», основанная на реальной истории вражды двух голливудских актрис 40-х годов. Материал Лене очень понравился. «Это лучшее из всего, что я в последнее время читала», — сказала она. Осталось найти режиссера, собрать всю команду, согласовать репетиции и обеспечить абсолютно все процессы, связанные с проектом. Мы пригласили Володю Панкова, начинающую художницу Сашу Карпейкину и вели работу с Анной Чайкой, она дописывала под нас пьесу. Далее, я всех вывез также в Екатеринбурге. В дни чемпионата мира по футболу мы репетировали на сцене нашего «ТЮЗа», а в июле вышли с премьерой.

Лия Ахиджакова репетировала свой спектакль в Екатеринбурге. Это был один из первых продюсерских опытов Заякина.
Фото: Владимир Андреев

— Ты вмешиваешься в художественные моменты постановки?

 — Я корректирую спектакль с коммерческой точки зрения. Например, очень важно, чтобы он был мобильным. У нас с «Мой внук Вениамин» были огромные проблемы с гастролями в Америку из-за декорации. Только таможня обошлась в сорок тысяч долларов. Во «Вражде» декорация многофункциональная, мобильная, её легко сложить с собой в багаж. Сделали очень красивые костюмы, которые стоили нам порядка двух миллионов рублей. Ну, а куда деваться? Голливуд и сороковые годы нужно красиво и правдиво показать. Например, настоящий парик стоит семьдесят тысяч рублей. А у нас таких четыре. Понятно, что можно сэкономить, но зачем, когда это не для «чёса», а в первую очередь для театра в целом, для развития качественной антрепризы. Эта работа не должна отличаться от масштабной постановки государственного театра.

И вот спектакль уже живет своей жизнью, ездит по стране, в гастрольном графике стоят Белоруссия, Прибалтика, Германия и Израиль.

— Сколько таких продюсеров из регионов, которые смогли работать с главными звездами театров страны?

— В регионах таких людей нет.

— Почему ты не переедешь в Москву? Все говорят, что в плане логистики на таких проектах работать из центра удобнее.

— Мой дом здесь. Я один раз переехал с Химмаша, где родился, в центр — для меня это был дикий стресс. А тут в Москву. Можешь считать меня сторонником децентрализации.

После успеха творческих вечеров, Чулпан Хаматов и Кирилл Заякин отправились на гастроли по Америке.
Фото: Александр Мамаев

— Ты берешь московских звезд. Многие скажут — это проще простого. Почему не возьмешься за местных. Галя Палиброда продюсирует же «Зулейха открывает глаза» у ЦСД?

— Начнем с того, что ребята выбрали очень хороший материал. И спектакль идет буквально в одном-двух театрах по стране. К тому же готовится к выходу одноименный сериал на «Первом канале» с Чулпан Хаматовой. У Гали всё может сложиться успешно.

— Здесь и сейчас ты имеешь в виду?

— Да. Но раскручивать наших звезд очень трудно, это большие инвестиции.

— Они могут быть не свои…

— Сделать можно, просто затрат эмоциональных, физических и интеллектуальных нужно гораздо больше, и при всем при этом ты можешь ничего не получить.

— Ну у театра «У моста» тоже получилось…

— У Моста был Борис Мильграм, известный и в Москве, и в Питере. Он ставил с МХАТ. У нас есть Коляда. Эти театры раскручены как режиссерские.

Да, понятно, что нужно оставить какой-то след в истории. Но мне хочется оставить его вместе с Лией Ахеджаковой, Еленой Яковлевой, Чулпан Хаматовой, было бы честью поработать с Ксенией Рапопорт, Ириной Горбачевой.

Мне интересно на одной сцене собрать гениальных артистов. Вот почему антрепризы так жизнеспособны? Не столько ведь потому, что на ней легко заработать денег. А потому, что ты можешь пригласить любого режиссера, любого артиста и предложить им то, чего в своих театрах они сделать не могут, сделать нечто новое, еще не существующее.

Фото: Наталья Чернохатова