«Просто как попало обрезаю». Бунтарь уральской индустрии красоты, панк-парикмахер об успехе своего секретного салона

14 апреля 2018, 15:28
«Просто как попало обрезаю». Бунтарь уральской индустрии красоты, панк-парикмахер об успехе своего секретного салона

Фото: Наталья Чернохатова

Панк-парикмахер из Екатеринбурга выиграл международный конкурс. Панк — потому что работает по своим законам: захочет — побреет налысо, оставив на голове лишь рваную челку, захочет — сделает прическу-настроение. У Артема Чепчугова есть небольшой салон, но как добраться до него, знают только знакомые.

«Моменты» отыскали бунтаря и допросили обо всем: зачем прятаться от потенциальных клиентов, жечь людям волосы и как стать крутым парикмахером, держа в одной руке ножницы, а в другой — видеокамеру.

— Что случилось раньше — ты начал стричь или снимать?

— Первое видео появилось в старших классах школы, но его сложно назвать профессиональным: мы занимались брейком и паркуром и снимали наши попытки. Но все это было не серьезно. В другой раз я взялся за видео уже после свадьбы — камера была у жены. А людей я стригу уже девять лет.

— Ты получал для этого образование?

— Ну, вообще образований у меня три: программист, парикмахер и специалист по рекламе и связям с общественностью. Кстати, на программиста мне нравилось учиться, а вот работать… Я пробовал на заводе, но это уныло — история с четким графиком не для меня. Хотелось чего-то бунтарского, тогда как раз начал стричь друзей на кухне — эмо-челки, ирокезы. В один момент решил все бросить и уехал в город Чайковский, где проучился на парикмахера в простой шараге.

— То есть в какой-то момент ты совместил два любимых дела — съемки и стрижки?

— Да, я работал в брендовом салоне, мы частенько устраивали шоу — стригли людей и одновременно рассказывали об этом. Однажды ко мне приехали друзья из питерской студии Hair Fucker, и с ними я участвовал в хайр-стайл батле — это когда собираются барберы и соревнуются в скорости стрижки. Там же мы записали мое выступление. Примерно тогда же появился лирический герой Аркадий Париковский — это такой человек, который типа самый лучший парикмахер, а на деле делает г**но. Например, четкая пацанская стрижка: обрубленная челка и лысая голова.

  • Фото: Наталья Чернохатова
  • Фото: Наталья Чернохатова
  • Фото: Наталья Чернохатова
  • Фото: Наталья Чернохатова
  • Фото: Наталья Чернохатова
  • Фото: Наталья Чернохатова
  • Фото: Наталья Чернохатова
  • Фото: Наталья Чернохатова

— Сколько сейчас у тебя роликов?

— Штук 80 уже в Сети, еще пять-шесть в запасе. Первые видео я вообще выкидывал, потому что это же как происходило: приходит модель, ты на камере кнопку нажимаешь и стрижешь. Поэтому первые разы я вообще собой все загораживал. А сейчас подстроился, ну или модель приходит с кем-то, тогда прошу этого человека фокус подкручивать.

— Кстати, про приходят. Твою парикмахерскую довольно сложно найти в этих дебрях киностудии…

— По сути, на то и расчет: я не люблю, когда незнакомые люди оказываются здесь. Ведь неважно, где ты работаешь — арендуешь кресло в студии или стрижешь на дому, важно хорошо работать. Волосы ведь такая штука, постоянно на виду, и если ты сделал все качественно, то клиент просто несет твою работу, показывает всем. Невозможность случайно попасть ко мне в студию заставляет меня работать еще лучше.

Фото: Наталья Чернохатова

— Кто твои клиенты?

— Большая часть — это люди, связанные с искусством: художники, дизайнеры интерьеров или веб-дизайнеры. А так, у меня всякие разные клиенты: как взрослые, так и совсем молодые ребята. Есть модели, которые участвуют в разных движухах, они всегда готовы на эксперименты. Мы им волосы поджигали, стригли под ноль — много чего было.

— А кому свои волосы доверяешь?

— Я сам себя стригу. Посмотри, что у меня на голове: полная фигня. Это близко к теме индивидуального подхода к людям. Если человек приходит и не знает, что хочет, то я ему предлагаю полистать и посмотреть буклетик-мудборд. Здесь есть разные развороты, которые отличаются по эмоциям, настроению: откровенный секс, геометрия, романтика, натурка. Это помогает понять, что человек хочет визуально транслировать, а мне — его темперамент. С этой точки зрения для себя хочется какую-нибудь плохую стрижку. Не обязательно делать ирокез, когда можно сделать откровенную дрань. Я обычно просто как попало обрезаю. Мне прикольно, в этом есть какой-то рок-н-ролл.

— Хорошо. Как получилось так, что ты попал на международный конкурс и стал его призером?

— Для парикмахеров есть социальная сеть — Hair Braind. Она своя, не очень популярная, хотя и появилась раньше Facebook. Пользователи выкладывают свои фото и видео в течение года, а потом выбирают лучших: сначала сотню, потом по пять претендентов в шести номинациях. Из России, кстати, был только я.

— В какой номинации победил?

— «Творческое видео года». Кстати, это далеко не то видео, куда я старался вложить какой-то сакральный смысл. Просто пришел товарищ, захотел волосы отрезать. Ну я и подумал, что жалко просто так стричь и не снять это — пусть у человека останутся яркие воспоминания. До сих пор не понимаю, почему победил: видео других участников тоже крутые.

— Где проходила церемония? Вообще как все прошло?

— В Нью-Йорке. Это было больше похоже на «Оскар»: никаких показов, наградили и все. Одна ночь — одна тусовка. Но я узнал самых важных людей в индустрии красоты — они творят искусство и одновременно оказывают услугу. Иногда получается хорошо, иногда плохо. Но все равно это круто.

Фото: Наталья Чернохатова

— Возможно вообще такое проводить у нас?

— Пробовали — не зашло. В конце одного из таких мероприятий я вынес плакат «Парикмахерское искусство», приклеил на него погребальную ленту и оставил рядом с венком. Так я хотел сказать, что нашей индустрии пора меняться. Сейчас ею заправляют люди 40 лет и старше, но молодым надо приходить к успеху. Кстати, после того перфоманса ко мне подходили люди и спрашивали: «И что, нам пора?» Я и сам лет через десять начну тянуть индустрию вниз, поэтому придется либо уходить, либо меняться.

— Что должно случиться, чтобы ты пошел работать на бренд?

— Если мне предложат кучу денег — почему бы и нет? У меня же семья — жена и ребенок. Оставаться собой можно по-разному, это, кстати, очень тонкая тема. Я за то, чтобы не бренды создавали культуру, а парикмахеры. Бренды должны приманивать уже самих парикмахеров. А не так, чтобы я сделал что-то свое (прическу, фото или видео), а бренд поставил на этом свое клеймо. Это оставляет меня без прав на творчество.

Фото: Наталья Чернохатова

Самое популярное

Читайте также в разделе Люди


вверх