Секонд-тренд. Кто покупает и продает ношенные вещи и зачем?

В городе все больше и больше секонд-хендов. Это тот редкий сегмент рынка, который на кризисе поднялся, расправил крылья и взлетел — не хуже, чем когда-то в девяностые, когда концепция «вещи на вес» поразила умы наших соотечественников. «Моменты» узнали, кто одевается в секондах и сколько там стоят вещи.


Секонд-тренд. Кто покупает и продает ношенные вещи и зачем?

Проверено на себе

Я отправилась в магазин известной сети, где продаются вещи «с чужого плеча». Запах специфический. Ощущения тоже: это не то место, где хотелось бы встретить учительницу из своей школы… «ой, здра»… Впрочем, нет — вежливо делаем вид, что не видим друг друга. Играем в прятки за вешалками, где километрами висят вещи: как их «всех посмотреть»-то, эти три сотни джинсов и пять сотен маечек?

Впрочем, уже через двадцать минут я, нащупав принцип, азартно перекидываю вешалки-костяшки по счетам-стойкам в углу, где висят джинсы: берем все, что подходит по размеру и не противно по цвету и фактуре. Просто все подряд, а уже в примерочной будем думать. К примерочной оказывается, что я набрала двадцать пар джинсов. Ой, мамочки, как лень все это надевать!

Но я добросовестно натягиваю на себя пару за парой: тут висит, тут жмет, эта не застегивается, эта меня верблюдит, — упс, а вот эти Cecil идеально сели по фигуре. Стройнят, но не давят, и ткань добротная.

Листаем дальше: нет, нет, нет — а вот еще улов. На этот раз легкие, на лето, с дизайнерскими креативными карманами и споротым лейблом. Все, остальное мне не подходит. Отложив добычу на стойку около кассы, возвращаюсь в зал. Я в азарте, сердце колотится, как будто я наблюдаю за спортивными состязаниями. Каждый входящий воспринимается как конкурент: ведь все вещи в единственном экземпляре! Впрочем, еще четверть часа спустя азарт стихает: невозможно перемерить столько вещей.

Вот я и сформулировала первое правило «вторых рук» — знай, что тебе нужно. Мне, например, нужно платье, я даже знаю, как оно должно выглядеть. Никакого трикотажа, платная ткань и желательно — креативный покрой, который позволить замаскировать мое отъетое за зиму пузо под особенность художественного дизайнерского взгляда. Глубоко вздохнув, начинаю щелкать вешалками на стойке с платьями. Увы, по случаю скидки в 50% из платьев остались только ужас-ужас… Хотя постойте, а вот это платье Esprit прекрасно! Негибкая, как у плотных курток, ткань, держит геометрический силуэт, вертикальная молния до подола и капюшон. Отличный кэжуал. Беру. 

— У вас покупателей стало больше в последнее время? — спрашиваю я продавца.

— Было много, сейчас может и вправду еще больше стало, — устало отвечает та, — И бабушки ходят, и моднющие девицы на неплохих таких машинах. Модные-то стараются приехать к завозу, и всякие люксовые вещи выискивают, потом подружкам хвастаются, что за тыщу купили.

Все, я тут уже полтора часа, устала. Оплачиваю покупки и ухожу довольная: две пары джинсов и платье за сумму меньше тысячи рублей. Да, они странно пахнут, их нужно перестирывать ­— но так пахнет санобработка, которая позволит мысли «фууу, кто это носил до меня?» сдаться под напором мысли «а когда подруги отдают тебе вещи, тебе же не стремно!». И еще я встретила учительницу, — но ведь и она встретила меня, так что мы обе будем молчать… это будет наша общая тайна.

____________________________________________________________________

В секондах можно найти вещи любого размера и цвета. Фото: Александр Мамаев

___________________________________________________________________

Сколько стоят обноски?

В момент завоза вещи стоят примерно столько же, сколько новые, китайских брендов на рынке или в «бутике» районного торгового центра. Причем стоит все одинаково: и «китай-завод», и «китай-подвал», и супер-бренд, — важна только видовая характеристика: штаны по 700, кофта по 500, сапоги по 1500…

К завозу прилетают гламурные феи. Они ищут хорошие ношенные вещи по цене плохих новых. Ищут, находят и уносят.

Затем, спустя несколько дней затишья, цена начинает падать. Скидки держатся день-два, сменяя друг друга: 10, 20, 30, 40, 50%… Оп! Фиксированная цена: все по 300, по 150, по 100 рублей… Где-то между скидкой 50% и «все по 90 рублей» идет вторая волна всплеска покупательского интереса. Теперь за добычей идут люди, которые ищут не бренд, а вид товара: кому рубашку, кому брюки.

Впрочем, в другой сети все иначе. «Элитный секонд-хэнд» — это не оксюморон, а жестокая реальность: здесь уже джинсы стоят несколько тысяч. Господи, и кто это покупает? ____________________________________________________________________

Фото: Александр Мамаев

Кто покупает секонд-хэнд

А покупают «это» многие. Например, я нашла опрос на родительском сайте, согласно которому 46,3% мам покупают детям одежду в «секонде». Почти половина!

«Я не люблю секонд дичайше, — пишет блогер Ляля Брынза, — но другое мое „Я“ готово там торчать часами. Последний найденный алмаз — хьюгобоссовский серенький пиджачишко. Схватила, прижала к груди, притащила домой. Висит. Носить не буду — модель мне совершенно не к лицу, ну и опять же брезгую слегонца. Но если б был бы к лицу — еще как носила бы. Вон джинсы клеш секондовые у меня — лучше не было джинсов! Висит пиджачишка. Радует глаз. Через месяц выброшу. Потом еще что-нибудь нарою в куче».

Решив опросить своих знакомых, я завела в фейсбуке тему про одежду с чужого плеча — и моя «личка» взорвалась от сообщений, а комментарии к посту разрастались с невиданной скоростью. Оказалось, что авторы книг, владельцы интернет-порталов, тренеры и психологи, создатели авторских коллекций украшений и игрушек, художники и бизнесмены — все весьма лояльны к «чужим» вещам. Европейское качество по бросовой цене. Нестандартные размеры. Уникальные вещи. Азарт охоты.

______________________________________________

Наталья: «Всю жизнь мучаюсь с выбором одежды, плечи у меня узкие, а бёдра широкие, разница на 2 размера. Плюс невысокий рост. Это то сочетание, с которым на обычный рынок или магазин всё с тем же китайско-турецким ассортиментом соваться не стоит. А в Германии я с изумлением обнаружила, что в Европе каждый размер брюк шьют в трех вариантах: норма, короткие, длинные. И этот самый „kurz“ сидит на мне, как влитой! Теперь я хожу за подобными вещами в сэконды. И качество вещей, дизайн, ткани, обработка швов… Тело эти вещи совершенно иначе ощущает.

_______________________________________________

Анна: „Если расспрашивают, что за марка одежды, говорю ‚Эс Эйч‘. Один раз девушка переспросила: ‚Итальянская, наверное? Ну да, сразу видно!‘. В секонде перфекционизм нужно отключить. От вещи за 300-500 рублей достаточно, если она выглядит на 4 с плюсом. А вот джинсы на мою фигуру (большая попа и стройная талия) удается найти только там. И еще — процесс покупки вещей в секонде похож на охоту. Терпение, азарт, внимательность — и радость от приобретения возрастает многократно.

_______________________________________________

Влада: ‚Дочь-подросток стесняется немного в секонд-хэнде, но когда видит, к примеру, лейбл Tommy Hilfiger, ее реакция меняется. Там встречаются просто офигенские дизайнерские вещи! Бывает, что я покупаю, дома нахожу эту вещь в инете. А она итальянского дизайнера и стоит кучу денег. У меня есть особо ценное для меня платье из этого сегмента. Бриджи, которые, похоже, делались вручную и почему-то долежали до распродажи в 60 рублей, хотя стоят не меньше шестнадцати тысяч… А еще нет ничего лучше, чем ходить дома в красивой одежде. Запачкается — выброшу, не жалко!‘.

Фото: Александр Мамаев

Неужели и светские львицы одеваются в ношеное? Раскрыть изнанку и подкладку мира гламурных тусовок мы попросили стилиста и дизайнера украшений Игоря Геращенко.

Игорь Геращенко, стилист 

Я знаю многих людей из тусовки, которые выискивают интересные вещи в секонд-хэндах. ­ Многие не скрывают этого. Если раньше это был откровенный моветон, то сейчас молодая тусовка считает, что это прикольно. Не афишируют, но если спросить впрямую — не скрывают.

Это тенденция явно наметилась где-то спустя полтора года после начала нынешнего экономического кризиса. — продолжает Игорь. — Люди начали считать деньги. Те, кто одевается в ETRO, конечно, не наденут вещь с чужого плеча. Но в тусовке принято надевать вещь не чаще, чем раз в полгода, а то и вовсе один раз появляешься в ней на мероприятии и больше не носишь.

Несколько раз я попадал в ситуации, когда спрашиваешь у потрясающе одетого человека, что это за look, а он отвечает: ‚Это Армани, это Прада, а это секонд-хэнд‘. И при этом на нем надета вещь, которую сейчас не найти в масс-маркете, это брендовая одежда подиумного характера, очень крутая с точки зрения материалов, фактуры, принта, ткани.

После нескольких подобных разговоров я тоже начал ходить в секонд-хэнды. В последний раз выцепил для подруг несколько крутых вещей формата ‚ателье‘ из Франции. Это очень красивая одежда, простая с точки зрения кроя, но прикольная. Такие штуки можно очень круто обыгрывать на съемках, в них действительно есть шик Парижа 80-х, и это цепляет. Так что теперь я покупаю в секонде вещи, которые можно хорошо обыграть в имиджевых съемках.

Фото: Александр Мамаев


Бизнес и кризис

Наш материал был бы неполным без прямой речи человека, для которого ‚секонд-хэнд‘ — не охота, а доход.— У меня много причин любить секонд-хенды, — говорит Ая Шафран, семь лет назад ставшая хозяйкой магазина секонд-хэнда ‚Открытие‘. 



Ая Шафран, владелица магазина ‚Открытие‘

— Это экологично (я за максимальное использование вещей и против перепроизводства). Это интересно (в маленьком зале секонд-хенда умещается такое же разнообразие моделей и форм, как во всех магазинах большого ТЦ).

Это дешево, в конце концов! А еще в покупках присутствует элемент удачи. Судьба может улыбнуться, и тогда найдешь прекрасную европейскую вещь по размеру. А может просто посмешить: чего только не откопаешь в секонд-хенде, особенно в специальной корзине. Когда я решила открыть секонд-хенд, заниматься магазином было здорово! Я закупала на базе мешки, содержимое которых можно было посмотреть только немного, сверху. И, конечно, вещи заменять было запрещено. Мешки были отсортированы по странам, откуда они прибыли, по видам одежды и иногда по классам пригодности. Внутри можно было обнаружить такое! Например, водолазный костюм. Или шикарную норковую шубу. Или джинсы такой ширины, что не хватало размаха рук, чтобы объять их талию. Я с нетерпением ждала момента, когда можно будет разгрести и рассортировать очередной ‚сундук с сокровищами‘.

Сейчас бизнес пришлось закрыть: сложно выдерживать конкуренцию с уральской сетью секонд-хендов, которой принадлежит крупнейшая секонд-оптовка в Екатеринбурге. Они могут обеспечить себе лучшие цены и ротацию товара между магазинами. Они и оптовики, и розница. Нереально с ними тягаться.

Я до сих пор люблю секонд-хенды, но больше их не посещаю. Мой муж против того, чтобы я носила поношенные вещи. Он брезглив, он стыдится: ему кажется, что секонд носят только нищие. Ради мужа я отказалась от удовольствия найти чумовую юбку за 50 рублей. Скучаю до сих пор.

Те, кто руководит действующими магазинами одежды с чужого плеча, подтверждают: сегодня ‚секонд‘ интересен даже светским львицам.— В последнее время нас посещают состоятельные люди, которые раньше проводили много времени в дорогих бутиках, — говорит  администратор магазина ‚Мега Хенд‘ Наталья Паршакова.


Наталья Паршакова, администратор магазина ‚Мега Хенд‘

 — Сейчас они приходят в секонд и находят тут те же самые любые привычные бренды по куда более разумной цене. Возможно, на такое смещение фокуса интересов повлиял не только кризис, но и тот факт, что секонд-хэнды начали работать в евроформате и стали намного изящнее. Мы предлагаем покупателям тот же самый клиентский сервис, что в привычных ему люксовых бутиках: большое кондиционируемое помещение на полторы тысячи квадратов; продавцы-консультанты, готовые дать совет или принести вещь в примерочную, сопровождают клиента с момента встречи до конца визита; есть возможность отдохнуть и выпить чай или кофе; полный доступ к аккуратно представленному на стойках товару, готовые образы, в том числе представленные на манекенах. Не надо перебирать спрессованные вешалки, копаться в коробках. Одежда вся отпарена, никакого специфического запаха. Мы считаем, что человек не должен чувствовать себя ущербным, стесняться в нашем магазине. На новый завоз к нам приходят те, кто охотится за брендами, фирменными вещами, на распродажи — те, кто охотится за ценами. Мы работаем двухнедельными циклами: новый товар по полной цене, затем плавное снижение цены с шагом ‪в один-два дня: 10, 20, 30% и так до финального сейла со скидкой 90%. На старте цены такие — джинсы 600-700 рублей, юбка 400-600, блузка 500-600, платье 400-800. Есть б/у, есть и новые вещи с этикетками. В дни максимальных рапродаж джинсы можно купить за 60-70 рублей.

Также Наталья добавила, что успешным быть в таком бизнесе непросто. 

— Очень трудно. Мы не отбираем коллекции в шоурумах, как другие представители из розничной торговли, мы  берем ‚кота в мешке‘ в какой-то мере. Нужно скрупулезно все продумывать и просчитывать, как правильно закупить товар, чтобы реализовать его. Бывает, даже после распродажи остается достаточно много вещей. Мы отвозим их в благотворительные центры.

Читайте также в разделе Стиль


вверх